Мир высокой моды погрузился в траур. Пресли Гербер, сын легендарной супермодели Синди Кроуфорд и Рэнди Гербера, скончался в это воскресенье в реабилитационной клинике. Тихая борьба с депрессией и зависимостями привела к самой болезненной развязке для семьи, которая всегда находилась под пристальным вниманием мировых СМИ.

Эта новость прогремела в это воскресенье. Пресли Гербер, унаследовавший гены супермодели от матери и элегантность от своей сестры Кайи Гербер, покинул этот мир в возрасте 27 лет, в тот самый момент, когда, казалось, он искал выход из своего внутреннего ада.


Пресли не был просто «сыном знаменитости». В 15 лет он уже подписал контракт с одним из самых влиятельных модельных агентств в мире — IMG Models. Его дебют в 2016 году с брендом Moschino стал сенсацией, а затем он стал лицом таких гигантов индустрии, как Calvin Klein и Dolce & Gabbana. Однако за идеальными снимками и вспышками камер скрывалась душераздирающая борьба.

Мир сопереживает: #PrayForTheGerbers

В социальных сетях X и Instagram фанаты вспоминают Пресли не только как наследника легенды, но и как молодого человека, который отважно сражался с депрессией и паническими атаками. Тысячи сообщений поддержки направлены в адрес Синди Кроуфорд и Рэнди Гербера.

Отчаянная попытка спасения

Пресли испробовал все возможные способы исцеления. В марте 2026 года он обратился к современному тренду — лечению с использованием психоделических веществ для борьбы с зависимостью. Это была отчаянная попытка восстановить психическое здоровье после того, как в 2025 году он решил полностью уйти из публичного пространства.

Трудный путь

Путь к выздоровлению был тернистым. В 2019 году молодой человек оказался в центре судебного скандала, который закончился тремя годами условного срока за вождение в состоянии опьянения. Это стало тревожным предзнаменованием кризиса, который в итоге привел его в реабилитационную клинику.

Хотя окончательная причина смерти будет установлена после вскрытия, пустота, которую он оставил в индустрии моды и в сердцах своей семьи, невосполнима. Этот случай вновь поднимает вопрос: является ли давление жизни в «элитной семье» двигателем подобных современных трагедий?